«Мы хотим свести весь процесс корпоративного страхования буквально к двум кнопкам»

19 января 2026
16 мин.
Денис Кузавлев
Денис Кузавлев
Старший управляющий директор – директор центра «Корпоративное страхование» Сбербанка
Финансовый сектор, включая страхование, бесспорно лидирует по цифровизации в России. Технологии делают страховые продукты не просто удобными, а индивидуальными. Как Сбер меняет традиционные подходы к защите бизнеса с помощью инноваций, рассказал Денис Кузавлев, директор центра «Корпоративное страхование» Сбербанка в интервью Ирине Хворостян, партнеру и руководителю технологической практики Kept.

Содержание

Корпоративное страхование, пожалуй, одно из самых консервативных направлений в страховании, тем не менее вы активно занимаетесь его цифровизацией и внедрением новых технологий. Почему вы занялись этим? Что получается на этом пути, а что нет?
Консервативно не только корпоративное, а всё страхование вообще. Страховые полисы и сейчас очень похожи на те, которые составлялись в кофейне Эдварда Ллойда в XVII веке, но только тогда их писали от руки, а теперь составляют на компьютере.

Мы с 2019 года начали отстраивать в Сбере свою линейку цифрового корпоративного страхования и преуспели в этом. Я думаю, что мы единственные кто это вообще системно делает, потому что если посмотреть на наших конкурентов, то можно отметить, что они продвинулись в области цифровизации страхования розницы, но системно цифровизацией корпоративного страхования практически не занимаются.
Есть ли какие-то продукты корпоративного страхования, которые получили новый импульс развития благодаря цифровизации или это просто общий тренд в развитии всех продуктов?
Мы первыми на рынке запускали многие цифровые продукты корпоративного страхования. И самый интересный тренд в мире, связанный с цифровизацией, — это создание и продвижение продуктов-конструкторов, когда клиент из числа малого или среднего бизнеса просто покупает один страховой полис на всё.

У клиента при покупке такого продукта нет отдельного страхования ответственности, страхования имущества или ещё какого-то страхования. При покупке такого полиса клиент отвечает, что у него застраховано сразу всё и ему это очень комфортно.
Проблема нашего рынка заключается в том, что наши страховщики до сих пор продают клиенту не продукт, а вид страхования — страхование имущества, ответственности и т.д.
Мы потратили довольно много времени на изучение лучших практик создания таких продуктов-конструкторов и смотрели рынки, на которых доля малого и среднего бизнеса превышает половину ВВП (в т.ч. рынки США, Германии, Италии, Сингапура, стран Латинской Америки) и увидели, что малый и средний бизнес в этих странах живёт в парадигме таких продуктов. И тогда мы тоже создали свой цифровой страховой продукт-конструктор, который есть сейчас у нас в интернет-банке СберБизнес, а начинали мы этот путь тоже с малого бизнеса, а потом сделали такой же продукт и для клиентов среднего и крупного бизнеса.

Запуск продуктов-конструкторов вызвал серьезную трансформацию андррайтинговых моделей, поскольку клиент платит деньги за такой продукт один раз, а внутри этого продукта очень много чего «под капотом» спрятано. Спрятано потому, что страховая компания внутри себя каждый вид страхования учитывает отдельно и считает отдельно имущественные риски, риски перерыва в деятельности и т. д.

Когда ты всё это упаковываешь в один продукт, то снаружи всё выглядит очень просто, а внутри это очень сложный механизм, в который встраивается искусственный интеллект, который управляет всем этим и профилирует клиента, подбирая под него нужное покрытие.
В общем «цифра» — это лишь кажущаяся внешняя простота, в которой снаружи не видно насколько все сложно «под капотом».
И вот такой продукт мы в Сбере сделали, и он пользуется спросом у клиентов.
Вы работаете с клиентами малого и среднего бизнеса с 2021 года. Это достаточно сложный сегмент. Есть ли со стороны этих клиентов спрос на страхование и насколько он устойчив?
Этот сегмент разный и мы это видим. Мы начинали с малого бизнеса и цифровизации простых традиционных коробочных страховых продуктов, которые и раньше этому сегменту клиентов продавались и лишь потом постепенно перешли к созданию цифровых страховых продуктов-конструкторов.

Например, мы первыми вывели на рынок цифровой продукт добровольно медицинского страхования (ДМС) для малого бизнеса, который был больше характерен для среднего, крупного и крупнейшего бизнеса, где есть объёмы и сразу страхуются большие коллективы. А малый бизнес — это, как правило, до десяти сотрудников, но у нас была гипотеза, что малый бизнес уже созрел для такого страхования, и у него есть на это средства и собственник готов покупать качественные медицинские услуги для себя и персонала.

По своим поведенческим паттернам собственник малого бизнеса мало отличается от, допустим, менеджмента международных компаний для которых продукт ДМС является элементом системы вознаграждения. Кроме того, мы предположили, что и частные лечебные учреждения также готовы работать с сотрудниками малого бизнеса и предоставлять им качественные услуги. Это тот самый случай, когда был клиент и он был готов купить продукт ДМС и был рынок готовый оказать ему эту услугу, но не было самого продукта. И мы сделали такой продукт ДМС, и он до сих пор успешно продаётся.
Сбер подбирает продукты для своих корпоративных клиентов с помощью модели искусственного интеллекта. Если это так, то почему и как вы это делаете?
Использование простых моделей машинного обучения это уже пройденный этап и сейчас можно говорить об использовании AI-агентов и мультиагентных систем искусственного интеллекта для профилирования и подбора наиболее подходящего клиенту цифрового страхового продукта.

Мы работаем над этим и ведём разработку такого рода продуктов. Это вопрос технологического и продуктового лидерства. Это продукты будущего, но у нас они уже почти готовы и в ближайшее время мы готовимся их запустить.

Если говорить о рынке цифровых продуктов страхования и его технологиях в целом, то они прошли несколько этапов. Сначала цифровых продуктов просто не было. Потом они появились и возникли цифровые сервисы для их сравнения, когда один продукт можно было сравнивать с другими, и речь шла о продуктах для физических лиц, а дальше на рынке появились AI-агенты и техническая возможность делать с ними более продвинутые сервисы.
Самое интересное будет на следующем этапе, когда AI-агенты начнут разговаривать друг с другом в поисках оптимальных клиентских решений. Думаю, это будет совершенно другой мир и нам очень хочется в этом мире иметь свое место.
В секторе цифрового корпоративного страхования вы идёте в сторону прямого диалога AI-агентов между собой, а функционально в чём будет смысл нового продукта или это пока тайна?
Если говорить о корпоративном страховании вообще, то мы много занимались клиентскими исследованиями и вся моя команда прослушала более 40 часов диалогов с клиентами.
Многие клиенты были убеждены, что страхование — это скучно и непонятно. Так вот «цифра» делает страхование понятным, простым и доступным для клиентов.
У нас есть условная линейка, которую мы называем «застраховать всё» и «застраховать всех» — это как бы две кнопки, к которым мы хотим привести весь процесс страхования вообще.

«Застраховать всех» — это про социальный пакет, где AI-агент или мультиагентная система должна подбирать под клиента необходимое покрытие, основанное на анализе большого числа параметров.

Например, AI-агент должен проанализировать данные по профессиональным заболеваниям, характерным для данного бизнеса или конкретного района, проанализировать важные для HR-сообщества показатели, такие как текучесть кадров, данные по заработной плате и уровню вовлеченности сотрудников и на его основании сделать клиенту предложение о страховании.

Если говорить про «застраховать всё», то в моём представлении предприниматель живёт в парадигме зарабатывания денег и роста бизнеса — роста рентабельности или роста доли на рынке, который в какой-то момент, может быть даже в ущерб получению текущей прибыли. По сути, «застраховать всё» должно помогать ему продолжать зарабатывать даже в сложных ситуациях, когда реализуются риски, связанные с его деятельностью.

Такие продукты у нас уже находятся в стадии испытания, мы понимаем, что делаем и искренне верим, что они способны изменить рынок корпоративного страхования в целом — рынок, который последние лет пять находится в стагнации и растёт темпами ниже инфляции, за исключением автомобильного страхования, где рост связан с ростом цен на автомобили и их обслуживание. В моём представлении это происходит потому, что рынок корпоративного страхования — это до сих пор рынок крупнейших корпоративных клиентов, которые сами решают сколько и за какое страхование они заплатят. А кто эти деньги получит решается в рамках закупочных процедур. В моём понимании эта парадигма не является оптимальной для развития рынка, поскольку количество таких клиентов и их бюджеты конечны, а малый и средний бизнес бесконечны! Это тот самый «голубой океан», где страхования сейчас почти нет!

Пока же предприниматель не понимает зачем ему нужно страхование и как он его может купить, и мультиагентные системы помогут ему на эти вопросы ответить.
Есть новый тренд продаж страховых услуг через маркетплейсы. Вы как-то используете этот новый канал, чтобы предлагать корпоративным клиентам свои цифровые продукты?
Сбер, кстати, создал и запустил самый первый продукт для продавцов маркетплейсов. Маркетплейсы ведь тоже разные и по масштабам бизнеса, и по своей специализации и их довольно много, но надо заметить, что у всех «селлеров» одни и те же проблемы: на них не существует стандартов упаковки, а часть покупателей злоупотребляет возможностями возврата, что приводит к дополнительной нагрузке и убыткам для продавцов.

Например, вы покупаете себе рубашку, но она вам по размеру не подходит, и вы покупаете такую же рубашку, но другого подходящего вам размера на маркетплейсе, а свою отправляете продавцу маркетплейса обратно. Есть похожие истории с бытовой техникой и другими товарами и это весьма распространённая история. Ситуация тут не является типичной и страхование только от повреждения или гибели товара в канонах страхования грузов селлерам малоинтересно.

Поэтому мы запустили продукт, который кроме обычного повреждения или утраты товара покрывает указанные выше риски селлеров. У нас есть интернет-банк СберБизнес и есть отраслевое приложение для селлеров, где клиент может купить такой продукт и риски селлера будут застрахованы на всех маркетплейсах, где он работает.
Сбер в 2020 году оцифровал документооборот с клиентами по корпоративному страхованию. Привело ли это к сокращению издержек или экономии труда сотрудников? Насколько цифровой процесс стал более эффективным в этом блоке?
Сказал бы что цифровой процесс в интернет-банке СберБизнес стал для клиентов удобнее, а делать страхование для наших корпоративных клиентов удобным — это также важно, как и сокращать издержки.

Если процесс корпоративного страхования удобен, то он становится более понятным и бизнес будет больше страховаться, что само по себе приведёт к снижению издержек страховых компаний — это именно так и работает. Цифровой документооборот в СберБизнесе направлен на то, чтобы страховая компания и её клиент могли легче обмениваться между собой документами, и это проще чем любые другие решения и часть цифрового процесса.
Это про урегулирование убытка онлайн без присутствия людей?
Это сейчас про отправку документов в страховую компанию. По сути, это почтамт, но то, о чём вы говорите — про упрощение порядка урегулирования убытков, мы над этим работаем.

Упрощение порядка урегулирования требует изменения его стандартов и разделения убытков на крупные, средние и мелкие. Оно требует определения перечня документов, которые необходимы для урегулирования в каждой категории, и который не фиксируется для крупных убытков, где существует большая вариативность.

Дальше меняются сроки и отношение к продукту, меняется его убыточность, влияющая на эффективность страховой компании, но без почтамта без канала доставки этих документов всё необходимое для упрощения урегулирования убытков работать не будет.
Самое сложное в развитии бизнеса — это поиск идей. Где вы берёте свои инновационные, судя по количеству наград, идеи? Вы сами их предлагаете или у вас есть для этого какая-то специальная команда?
Идеи сами по себе ниоткуда не появятся, это правда. Для того, чтобы идеи появлялись прежде всего нужна команда, которая должна быть определенным образом сформирована и пройти определённые фазы своего развития.

И конечно же должны использоваться определенные техники мышления. Эти техники бывают разными, и у нас в Корпоративном университете Сбера есть курс про креативное мышление. Мы все этот курс прошли и посмотрели существующие для этого технологии. Мы пробовали Jobs To Be Done, пробовали Foresight, пробовали ТРИЗ.

Для нас наиболее подходящей оказалась технология ТРИЗ.
Это наш, родной советский подход, придуманный Генрихом Альтшулером в 70-е годы, когда ещё существовал инженерный ТРИЗ как технология поиска прорывных идей и технологий, которые меняют рынок.
Альтшулер проанализировал все патенты Советского Союза и пришел к выводу что меньше десяти процентов патентов выданы на изобретение новых технологий, которая что-то реально меняет, а все остальное — это усовершенствование уже существующих технологий.

Прорыв это про что-то новое, поэтому мы ТРИЗ применяем, мы его любим, все прошли по нему обучение и почитали все книжки, которые на эту тему есть. А дальше, если ты что-то по этой технологии один раз внедрил, что дальше у тебя форматируется мышление, когда ты начинаешь думать определенными противоречиями.

Допустим, Альтшулер говорит об идеальной конструкции как ситуации, когда функция выполняется, а механизм ее выполнения отсутствует. Это, допустим, про то как сделать чтобы продажи были, а продавцов не было. Это как раз про ту самую эффективность, про которую мы говорили выше. ТРИЗ очень востребован в мире и сегодня большинство крупных международных корпораций его используют и его внедрением там часто руководят выходцы из бывшего Советского Союза. Например, Samsung используя ТРИЗ сократил своё технологическое отставание от Apple и вошёл в высшую лигу.
Вы считаете, что всё дело только в использовании методологии ТРИЗ? Или успешному поиску идей способствуют ещё и другие факторы?
Если говорить о ТРИЗ в целом, то, как только ты начинаешь его применять и меняешь свой подход к поиску идей, то эти идеи у тебя начинают появляться.
Судя по вашим успехам это звучит так как будто бы у вас большая команда
Нет, команда у меня небольшая.
Это в основном айтишники или люди из бизнеса?
50 на 50 как в любом Agile — это набор бизнеса и ИТ. Мы как любые команды в банке можем пользоваться и консалтингом, но для этого сначала ты должен доказать зачем он тебе нужен, и это тоже отдельный процесс, также мы привлекаем субподрядчиков / вендоров для поиска и реализации наших идей при разработке наших продуктов.

Не всегда и не всё ты можешь реализовать сам и не всеми компетенциями ты должен обладать. Есть, например, специальные подрядчики, которые занимаются исключительно технологиями геймификации и разработкой соответствующих решений, это очень специфическая компетенция.
И за решения в этой области вы получили одну из ваших наград?
Да, мы сделали геймифицированное решение для продвижения нашего цифрового продукта-конструктора и получили за это решение награду. Это была совершенно фантастическая история, когда клиент после использования такого цифрового геймифицированного решения переходил к продукту примерно в тридцати процентах случаев. Это фантастически высокая конверсия!
И мы всё ещё говорим про консервативное корпоративное страхование?
Да, мы всё ещё говорим про скучное консервативное корпоративное страхование, и мы действительно сделали геймифицированный симулятор возможных убытков клиента, где, отвечая на простые вопросы он мог понять, сколько денег может потерять в случае неблагоприятного для его бизнеса развития событий.
Спасибо Вам большое, мы желаем вам еще больше наград и успехов в вашем сложном, но интересном деле!
Спасибо Вам за интерес к нашему сегменту рынка.
Данные и аналитика, упоминаемые в интервью, предоставлены спикерами. Мнение редакции может не совпадать с мнением спикеров.
Денис Кузавлев
Старший управляющий директор — директор центра «Корпоративное страхование» Сбербанка
В 1996 году окончил Финансовую Академию при Правительстве Р Ф по специальности «экономист по банковскому и страховому делу», в 1999 году - Московский государственный лингвистический университет по специальности «переводчик в сфере профессиональной коммуникации».

C 1994 по 1998 годы работал в акционерном обществе авиационного и космического страхования «АВИКОС». Последняя занимаемая должность — директор по страхованию грузов АО авиационного и космического страхования.

С 1998 по 2003 годы — менеджер / директор по развитию страхового брокера ООО «Панди Транс».

С 2003 по 2010 годы работал в ОАО СК «РОСНО», где прошел путь от заместтеля директора центра отраслевого страхования до заместителя генерального директора — директора центра управления корпоративными продажами.

После ухода из ОАО СК «РОСНО» занимал должность директора департамента корпоративного бизнеса в ОСАО «Ингосстрах».
В 2011 году был назначен заместителем генерального директора ООО СК «Цюрих» по продажам и региональному развитию.

В июне 2016 года стал заместителем генерального директора ООО СБ «РТ-Страхование».

13 июня 2017 года возглавил ООО «Страховой брокер Сбербанка». В августе 2019 года перешёл на работу в ПАО Сбербанк в должности старшего управляющего директора — директора центра «Корпоративное страхование».

Вам может быть интересно

string(120) "/upload/iblock/0da/hpol9vl7qncmzadahqa1j3yw32n98pet/Oblozhka-dlya-ssylok-_shering-v-messendzherakh_-3000x1564-px-_1_.jpg"
Мы используем файлы cookie, необходимые для работы сайта, а также аналитические cookies. Вы можете ознакомиться с Политикой использования файлов-cookies.