В этом интервью:
Второе отличие — постоянные изменения в отрасли. Несмотря на большую поддержку со стороны государства, мы видим вызовы, и они появляются каждый год. Инвестор вынужден к ним адаптироваться. Среди негативных вызовов мы отмечаем санкционное давление, а также усиливающуюся нагрузку на автотуризм и другие направления — приходится постоянно адаптироваться, искать что-то новое и самому туристу, и бизнесу, и государству.
Мы не только восстановили направления, принятые в Советском Союзе, например Минеральные воды, южные побережья, но и работаем в новых направлениях, к которым раньше было тяжело «подойти». Но в большой стране их нужно поддерживать в рамках программ пространственного и стратегического развития. И господдержка помогла решить основные вызовы для инвесторов.
Спрос рос давно: формировались инвестиционные холдинги, появлялись инвесторы, которые готовы были вкладывать в туризм. Но они были ограничены наличием городских отелей и инженерной инфраструктуры, понятным турпотоком или проектами, близкими к агломерациям. Сейчас география меняется: инвесторы заходят на территории, которые ранее были недоступны, — Камчатка, Дальний Восток, Байкал, горная местность, проекты в Адыгее и на Кузбассе.
Теперь основные вопросы, связанные с инженерной и транспортной инфраструктурой, логистикой, необходимостью строительства аэропорта, бизнес может задавать государству, ставить их в повестку и видеть конкретные решения. Появляются программы развития, большинство из которых подразумевают форму ГЧП, — когда не только государство финансирует проект, но вовлекаются и небюджетные источники в развитие инфраструктуры.
Это радует, потому что нужно создавать ресурсы не только в форме субсидий, невозвратных для государства. В этом направлении работают большие госкорпорации и банки, и нам интересно смотреть, как меняется для инвесторов масштаб той территории, которую они могут развивать.
Если меняется масштаб, меняется и продуктовая линейка: появляются новые виды туризма, все больше растут горнолыжные курорты, строятся совершенно новые оздоровительные кластеры, что является очень важным направлением для страны.
Кроме того, автотуризм открывает малые города — например, очень популярно сейчас Золотое кольцо. Из городов-агломераций люди в выходные с семьей едут в ближайший город, и это что-то новое, потому что до этого туристы открывали какие-то агрегаторы, тот же booking.com, работали с туроператорами и чаще всего по умолчанию выбирали продукт за рубежом, не раскрывая потенциал российского туризма. Сейчас из-за целого ряда событий, условий и мероприятий, в том числе со стороны государства, у людей открываются совершенно новые возможности.
Мы уже точно знаем, что в тех местах, где мы смогли создать продукт или он будет запущен инвестором в ближайшие годы, турист сможет открыть для себя альтернативу, увидеть страну, оставить деньги в той локации. А значит, эти средства будут реинвестированы тем же бизнесом, который видит в этом потенциал и вкладывает в новые направления.
Лет 5–7 назад практически невозможно было представить, что у нас в стране появятся операторы, гостиничные инвесторы, которые специализируются только на развитии автотуризма. Хотя примеры развития американских мотелей показывают, что это устойчивый вид бизнеса. Но мы этого раньше не делали. Сейчас есть даже несколько профессиональных игроков, и их амбиции, кроме собственных продуктов, уже расширяют рынок и привлекают фондирование. И это очень важно, потому что за этим точно будущее.
Безусловно, есть много вызовов и для пользователей. В этом направлении ведется системная работа по цифровизации отрасли, адаптации, созданию правильных стандартов. Отрасль «обеляется», все больше игроков входят в цифровой контур, который поможет правильно анализировать происходящее, позволит государству обеспечить предиктивную аналитику. Тогда и меры поддержки и стимулирования, и помощь конечному потребителю — туристу — будут происходить не на основе каких-то прогнозных данных с пятилетними исследованиями, а в режиме фактически реального времени. Государство твердо идет к этому, и мы видим много инициатив, например поручение президента о единой цифровой платформе, над которой активно работает Минэкономразвития.
Мы поддерживали проекты, входя в капитал, обеспечивали инфраструктуру. Но все это про бетон, железо и большие деньги конкретно в строительстве и создании тех необходимых качественных номеров и номерного фонда, которых в стране не хватало. Тренд задан, во многих ключевых объектах и локациях появились так называемые туристические хабы или показательно качественные объекты. Например, мы ввели прекрасный проект «Завидово» с Сергеем Викторовичем Бачиным — курорт буквально в двух часах езды от Москвы. И все девелоперские проекты и курорты в Московской области и соседних регионах получили новую планку, куда двигаться дальше.
Нам удалось реализовать некоторые проекты, которые были до этого закрыты для инвестиций. Но сейчас мы трансформируем нашу деятельность. Есть поручение правительства, министра экономического развития, о трансформации корпорации с целью расширить спектр наших задач и обеспечить весь жизненный цикл в поддержке туристической отрасли. Что это означает? Мы будем не только помогать строить и вводить в эксплуатацию, но и обеспечивать продвижение этих продуктов, управление событийным календарем в стране, будем фактически ресурсным центром. Это дополнительные рабочие руки в масштабах страны для профильного министерства, чтобы реализовывать бизнес-инициативы. Мы увидели, что формат ГЧП востребован, что инвестору проще взаимодействовать и с банком, и с регионами, и теперь мы расширяем это направление.
Важно также усилить продвижение российского продукта за рубежом. Локации сейчас активно развиваются, и необходимо обеспечить их конкурентоспособность не только за счет внутреннего туристического потока, но и за счет въездного. Это задачи, поставленные в рамках нацпроекта, и бизнес ждет этого. Зарубежный турист разный, и у него своя специфика, поэтому работу нужно проводить системно, выстраивать и инфраструктуру, и сервис, и продукты, и весь клиентский путь, и всю логистику.
Кроме того, у нас есть задел в кластерном развитии. Корпорация помогала регионам обеспечить развитие больших территорий для формирования целых курортов, которые не создавались со времен Советского Союза — невозможно было без господдержки реализовать такую историю. И, безусловно, это требует привлечения и зарубежных инвестиций. Сейчас мы понимаем, что емкость и потенциал инвестиционного туристического рынка в России, если мы говорим про институциональных инвесторов и большие инвестиционные группы, почти достигает своего предела. Инвесторы, которые хотели вложиться, уже сделали это. Те, кто планировал и увидел в этом потенциал, вошли во второй волне в этот бизнес. Сейчас все они уже в бизнесе. Возвратность у нас достаточно консервативная — инвестиции вернутся в среднем через 10–12 лет и более, до 15 лет. Таким образом, рассчитывать на быстрые реинвестиции от этих игроков в рынок невозможно, но кластеры развивать надо. И по щелчку здесь ничего не произойдет. Невозможно за один день создать комфортный климат для инвестора и снять все текущие барьеры с учетом тех условий, на которых можно привлекать инвестиции. Но вместе с тем мы видим в этом потенциал и понимаем, как сформировать правила игры и удобные условия для инвестора.
Здесь есть два варианта: обеспечить этот вклад в новые туристические проекты, курортную недвижимость, или смотреть на то, как деньги уйдут в какие-то другие направления. Например, в зарубежную недвижимость. Поэтому мы работаем над созданием условий и продуктов, чтобы деньги, которые могли бы уйти за рубеж, оставались в стране, инвестировались в нашу экономику, обеспечивали развитие смежных отраслей. Туризм — удивительный продукт для государства, потому что позволяет развивать до 50 смежных отраслей.
Когда ты строишь новый кластер не в агломерации, а в отдаленных местах, где может быть отток населения, ты создаешь совершенно другую возможность, перезагружаешь эту территорию. У молодежи появляется место не только для работы, но и для отдыха, где они могут, например, сделать красивые фотографии, — так называемые точки притяжения. Некоторые губернаторы и главы территорий, с которыми мы работаем, отмечают, что после анонса строительства большого курорта огромное количество выпускников местных учебных заведений хотят остаться в регионе.
У некоторых инвесторов сейчас уже несколько проектов, которые введены или строятся. У кого-то больше десяти. Мы видим, например, резкий подъем компании «Космос», наших больших партнеров, и на их примере понятен рост и поведение инвесторов.
Но пришла вторая волна — инвесторы, которые уже в процессе увидели, что это интересное направление. Кроме того, они сталкивались с нехваткой средств размещения, аттракций и ресторанов в тех местах, где сами отдыхают, и на основе своего потребительского опыта почувствовали, что хотят вложиться.
Девелоперы, промышленники, банкиры приходили с готовностью строить. И здесь есть две стороны. Они насытили рынок деньгами, но появились первые ошибки, потому что это инвесторы, которые никогда не создавали туристический проект. Да, они хорошо строят или прекрасно производят пластиковые окна, но туризм — очень специфический вид бизнеса.
Иногда он сам создает управляющие компании, остается и управляет — продлевает свой жизненный цикл в проекте. Иногда выбирает профессиональную управляющую компанию и фактически выходит из бизнеса. Таким образом, у него происходит полный цикл возврата денег за эти 5–7 лет.
Для туризма это инновационная модель: все привыкли играть в «длинные» деньги, а здесь более короткий инвестиционный цикл. При этом такой бизнес пока недостаточно нормативно зарегулирован, поэтому возникают разные перекосы. Например, управляющую компанию могут привлечь несвоевременно или недостаточно тщательно контролировать ее работу.
Сейчас рынок становится более профессиональным. И он фактически выдавливает игроков, которые идут сами, не обращаются к профессиональным консультантам для хеджирования рисков, не привлекают управляющие компании на ранней стадии, чтобы сделать правильный проект, не понимают, как структурировать сделку с банком.
При этом, безусловно, есть свои ниши — например городские отели. При соблюдении определенных правил игры и достаточном объеме туристического потока и деловой активности в городе они могут показывать бизнес-результаты. Но, во-первых, городов, где требуются дополнительные такие отели, становится все меньше. Ниши все больше занимаются. Во-вторых, многие инвесторы, которые пришли строить городской отель на эмоциях, обычно через какое-то время от него избавляются — им неинтересно заниматься таким бизнесом.
Ситуация с загородными отелями отличается: они становятся трофейным объектом недвижимости, артефактом в группе непрофильных активов, с которым не хотят расставаться. И здесь важно, чтобы этот артефакт как минимум не требовал дополнительных денег.
Есть еще более интересные вызовы. Ко мне приходят регионы, которые хотят придумать модель привлечения в те локации, где сейчас вообще туризма нет. И мы видим в таких территориях новый продукт. Просто нужно, как вы правильно сказали, найти эту нишу. Безусловно, можно построить очередной проект на Черноморском побережье, и он точно полетит. Но вопрос в том, какая у него будет маржинальность, сколько нужно вложить сил, эмоций и как будет вести себя тот конкурент, с которым ты параллельно строишь соседние улицы, соседние локации, соседние территории. И не факт, что ты выдержишь эту конкурентную среду.
Многие флагманские объекты, которые были запущены за эти годы в неочевидных локациях, имеют очень хорошие бизнес-показатели. Например, бизнес-отель в центре Омска, который мы открыли в 2023 году с «Космосом». Это наш первый проект с государственно-частным партнерством, он очень комфортно себя чувствует и признан одним из лучших деловых отелей, с очень хорошими показателями загрузки для новых объектов в России.
Вы привели пример «Казань марины» в Татарстане — сложнейший проект с точки зрения инфраструктуры и логистики. Это вызов, создание нового кластера. Он вошел в список проектов, где мы развиваем совершенно новые территории и где с первого взгляда инвестор не увидит потенциал. Его нужно раскрыть. И там регион не просто подставляет плечо, а инвестирует свои средства, формирует мощную команду, штаб, и борется за то, чтобы его инициатива стала федеральным, большим, а может быть, даже международным проектом.
У нас есть другой проект на Сахалине, где регион обеспечивает больше 50% софинансирования на развитие нового кластера, участвует в стимулировании помощи инвесторов и ускоряет его процессы.
Кроме того, у нас появилась новая когорта проектов, где регион не просто обеспечивает и софинансирует базовую потребность в дорогах, мостах, тоннелях и другой инфраструктуре. Они заходят в капитал с живыми деньгами, подставляя плечо: где-то дают беспроцентные займы, где-то займы ниже рынка — под 2, 3, 4, 5% годовых. Такие проекты с поддержкой региона у нас есть сейчас в Перми, Якутске, Магадане, Приморском крае.
Вы удивитесь, но очень мало кто действительно проводит «прожарку» рынка, смотрит конкурентов, а если смотрят, то в статике. 90% этого не делают. Люди, которые приходят к нам на консультацию по проекту, не знают, например, что в соседнем регионе строится объект в два раза больше, лучше и качественней. А они уже потратили 300 млн на проектирование, получили разрешение на строительство. И мы советуем доделывать сейчас, потому что к моменту ввода через 3–4 года он уже никому не будет нужен. Многие не смотрят в динамике, что происходит рядом, не учитывают меняющиеся тренды, а ставят завышенные ожидания и по окупаемости, и по турпотоку. Нужно еще на бумаге создавать продукты со своей изюминкой. Нужны эмоции, впечатления.
Недавно «Azimut Парк Отель» в Переславле‑Залесском резко увеличил загрузку, проведя фестиваль воздушных шаров. Прекрасный продукт. Какое-то время назад казалось, что ты построил проект, сделал открытый бассейн, несколько спа-комплексов, и у тебя все будет хорошо. Сейчас мы видим, что нет. Важно создавать какую-то уникальность в продукте, заложить какую-то территорию под развитие, фестивальную или событийную часть. Потому что очень многие проекты, даже имея возможность, берут маленький участок, не думая о второй, третьей очереди.
Ну и последняя рекомендация, особенно для инвесторов со значительным объемом инвестиций, — смотреть на туристический проект как на ключевое ядро будущего девелоперского проекта. Суть большинства международных проектов заключалась не в том, чтобы построить просто правильный курорт, отель в конкретном месте или какую-то аттракцию.